Морозильные камеры ФСИН

0
967

В 8-й челябинской колонии погиб заключенный Рустам Мурзагулов. Его, по некоторым данным, убили так же, как генерала Карбышева, — облили водой и заморозили.

По первоначальным данным, жертву закрыли на ночь с 19 на 20 января в прогулочном дворике, предварительно облив водой. Поводом для экзекуции стало то, что Рустам Мурзагулов «затер бражку», то есть выпил спиртное в ночь перед Крещением. Мурзагулов работал в столовой исправительного учреждения. Там он и сделал брагу из сахара и хлеба, дополняет «Московский комсомолец».

Тюремное ведомство на своем сайте утверждает, что заключенный от приготовленной браги и умер: «Смерть наступила от интоксикации неизвестным веществом». Однако позднее новость с сайта Челябинской тюремной управы была удалена. Копия сообщения, впрочем, сохранилась в кэш-памяти «Гугла».

Меж тем, как стало известно 23 января агентству «Урал-пресс-информ» из сообщения пресс-службы Генеральной прокуратуры, в ходе проверки достоверно установлено, что Рустам Мурзагулов скончался в камере штрафного изолятора, куда его поместили дежурные исправительного учреждения.

Пребывавший в состоянии алкогольного опьянения заключенный должен был находиться в камере до вытрезвления. Но в изоляторе у него произошел конфликт с другим заключенным, который, как полагает следствие, в ходе драки нанес Мурзагулову смертельные травмы. По данным судебно-медицинского исследования, смерть потерпевшего наступила от перелома костей черепа. Также на его лице и теле были обнаружены многочисленные ссадины и кровоподтеки.

Возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса РФ — «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего».

Органами прокуратуры Челябинской области проводится также проверка законности водворения Мурзагулова в штрафной изолятор, соблюдения в исправительном учреждении требований режима, причин и условий, способствовавших совершению преступления.

«Истинную причину смерти осужденного должна установить независимая экспертиза, провести которую можно по требованию его родственников. Их поиск уже начат», — отметила правозащитница Оксана Труфанова, которая первой сообщила о смерти в ИК-8. — Раньше такие происшествия и инциденты старались скрывать, но сегодня благодаря вниманию правозащитников и журналистов это делать становится все труднее. Хорошо, что общественность добивается прозрачности от тюремного ведомства, любые проверки и расследования вынуждают ФСИН исправляться к лучшему. Без давления со стороны общества ведомство этого делать, к сожалению, не хочет».

Также Труфанова посетовала на то, что ее не пускают к подзащитному Олегу Локтионову в ЛИУ-3, где он находится в тюремной больнице: «У Локтионова резкое ухудшение состояния здоровья, и его перевели из копейской ИК-6 в лечебное учреждение, он не может ходить, подключен к капельницам, однако по личному распоряжению начальника УФСИН по Челябинской области Турбанова меня не допускают до встречи с моим доверителем».

В защиту права Труфановой на встречи с подзащитным выступил даже уполномоченный по правам человека в Челябинской области Алексей Севастьянов, однако результата по-прежнему нет.

Ввиду того что правовых оснований не допускать ее до встреч с доверителем нет, Труфанова собирается подать в суд на главу регионального УФСИН, поскольку он отдает незаконные распоряжения своим подчиненным.

Источник: Особая буква

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here