Супер — Эго – рождение монстра

5
1936
В Департаменте маркетинговых коммуникаций и брендинга ИГУП УрФУ в рамках Всероссийской научно-практической конференции «Региональное управление: модели, технологии, коммуникации» состоялся  круглый стол «Супер — Эго – рождение монстра: проблема девиации межличностных коммуникаций в пенитенциарной системе».
Мероприятие подготовлено и проведено  при участи Некоммерческого партнерства «Содействие в правовой защите населения «Правовая основа».
Актуальная для уральской общественности тема объединила в диалоге  членов ОНК, специалистов – коммуникаторов, журналистов, психологов, юристов и сотрудников аппарата областного омбудсмена, которые собрались вместе, чтобы разобраться в причинах  нештатных ситуаций, периодически случающихся в колониях и следственных изоляторах региона. По мнению специалистов, конфликты между заключёнными и сотрудниками исправительных учреждений, а также внутренние противоречия в различных неформальных группах осужденных  являются следствием  несовершенных коммуникаций, доставшихся современной уголовно-исполнительной системе в наследство от её советской предшественницы. Очевидно, эти коммуникации давно требуют не только критического осмысления, но и  практической перестройки, т.к. ни для кого не  секрет, что криминальная субкультура с начала 1990-х стала постоянным спутником россиян. Но, если зоновское арго, звучавшее с думской трибуны, или очередной  телевыкидыш о благородной воровской дружбе  вызывают у большинства из нас не более чем внутреннюю гадливость, то последствия девиантных коммуникаций внутри уголовно – исполнительной системы могут быть гораздо серьёзными, а порой  и трагичными. Причём, не только для тех, кто сидит или охраняет, а буквально, для каждого из нас.
     Исторически, со времён сталинского ГУЛАГа, уральские территории являются площадкой для посадки криминального элемента. По статистике, почти десятая часть российских заключённых отбывает наказание в исправительных колониях Свердловской области. Как следствие, все населённые пункты, начиная с Екатеринбурга, и заканчивая районными центрами,  различным образом  связаны с системой исполнения наказаний.
    Общественность констатирует, что эти связи не всегда  конструктивны. Город Кировград, например, ни однажды становился жертвой криминального беспредела, когда вырывавшиеся из воспитательной колонии малолетние преступники огнём и ножом наводили ужас на его жителей. Последний такой случай – события 2007 года: сожженная воспитательная колония и человеческие жертвы,  как со стороны заключённых, так  и  сотрудников.
    По мнению уральских правозащитников современная ситуация в свердловских исправительных колониях даёт повод задуматься о несовершенстве коммуникаций между  общественностью и администрацией местной пенитенциарной системы. И хотя речь о каком — либо противостоянии не идёт – руководство территориального ГУ ФСИН выполняет распоряжения своего столичного начальства о взаимодействии с правозащитными организациями, функционирует Общественная наблюдательная комиссия —  свердловская уголовно-исполнительная система остаётся не до конца «прозрачной» для гражданского общества.   Правозащитники считают, что такая ситуация негативно отражается на  жизни в колонии  отдельно взятого человека: заключённого или сотрудника.
           Собравшиеся констатировали, что проблемы межличностных коммуникаций в уральской уголовно-исполнительной системе можно определить как кризисную.  По крайней мере, ноябрьские 2012 года события в коппейской ИК-6 (Челябинская область), ставшей ареной пенитенциарного противостояния, наглядно, но жёстко продемонстрировали результат их недооценки и отсутствия профессиональной коммуникационной политики внутри этого регионального главка.
    Анализ челябинских ошибок и соответствующие выводы из них, по мнению участников круглого стола, оказались бы не лишними для руководителей свердловской уголовно-исполнительной системы. Увы, они пока не сделаны. В общественной практике адвоката Романа Качанова, например, достаточно случаев неконструктивного взаимодействия с руководителями свердловских исправительных учреждений, которым, по его мнению, не выгодно выносить на суд общественности  некоторые  стороны колонийского бытия. Особенно много вопросов у правозащитников скопилось к администрациям ивдельских ИК.
    Отправной точкой профессиональной дискуссии круглого стола стал просмотр художественного фильма германского режиссёра Оливера  Хиршбигля  «Эксперимент» и обсуждение поднятых в нём проблем с точки зрения их актуальности для уральской уголовно-исполнительной системы.
    В основе фильма – реальный психологический эксперимент, проведённый американским психологом Филиппом Зимбардо. Двенадцать обыкновенных людей добровольно становятся на две недели «заключёнными» тюрьмы, в то время как восемь таких же добровольцев –  надзирателями. Задача первых – соблюдать правила тюремного режима; задача вторых – поддерживать порядок. Однако человеческая природа берёт своё: в каждом третьем охраннике обнаруживаются садистские наклонности, после чего эксперимент выходит из под контроля.
      Участники круглого стола единодушны – временные рамки и национальная специфика не локализуют проблемы уголовно-исполнительной системы. Бессмысленная жестокость, животные инстинкты и страх перед ответственностью за содеянное, глубоко спрятанные в человеческом подсознании, при благоприятных условиях реализуются независимо от национальности, пола и возраста. Роман Качанов и его коллега – правозащитник Вячеслав Башков озвучили немало примеров нечеловеческой жестокости персонала колоний по отношению к осуждённым, напомнив присутствующим о состоявшемся ровно год назад в Департаменте маркетинговых коммуникаций и брендинга ИГУП УрГУ общественном обсуждении коммуникационного аспекта права на жизнь в местах принудительного содержания («Остановить «фабрику пыток»!»).  Правозащитники констатировали, что российский пенитенциарный садизм стал изощрённей: сегодня недобросовестному сотруднику ИК совершенно не обязательно пачкать собственные руки, калеча осужденного. На смену физической жестокости приходят извращённые психологические коммуникации, заставляющие заключённого, в лучших традициях средневекового мракобесья, отрезать самому себе язык.  Этот шокирующий пример из «практики» красноярской уголовно-исполнительной системы  предложил к обсуждению эксперт Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Игорь Голендухин, заостривший внимание на внутренних мотивациях, заставляющих человека трудоустраиваться в качестве сотрудника мест не столь отдалённых.  С точки зрения участников разговора, таких мотиваций не много: некие высокие внутренние убеждения или реализация комплекса собственной неполноценности, позволяющая путём обретения кажущейся неограниченной власти, унижать человеческое достоинство окружающих.
     Доцент кафедры  психологии развития и педагогической психологии Департамента психологии ИСПН УрФУ Рустам Муслумов  видит и обратную сторону «медали»: жестокость порождает ответную жестокость.  Следственная практика знает достаточно примеров, когда заключённые применяют насилие в отношении персонала колоний. Выступая на Коллегии ФСИН РФ, руководитель этого ведомства Геннадий Корниенко отметил, что в 2012 году количество таких случаев по сравнению с 2011-м  возросло на 18, 9 %. В то же время, пенитенциарную систему серьёзно беспокоит проблема суицидов её сотрудников. Кандидат психологических наук Кирилл Злоказов одной из причин последней называет «психологическое выгорание», качество с годами службы присущее практически каждому представителю экстремальной профессии. Психолог считает, что решение этой проблемы могло бы надолго продлить профессиональную жизнь сотрудников УИС, а также стабилизировать отношения внутри самой системы.
        Казалось бы, начавшаяся три года назад реформа российского пенитенциарного ведомства должна предусматривать формирование подобного рода коммуникаций. Вместе с тем, как считает депутат Думы Горноуральского городского округа, кандидат юридических наук, ветеран УИС Александр Коновалов, сам текст Концепции этой реформы, сложный для понимания и местами грешащий отсутствием конкретики, не может являться языком позитивной коммуникации между УИС и гражданским обществом.
     Современные реалии требуют от уголовно-исполнительной системы  максимальной «прозрачности» и безоговорочного принятия декларируемых российским законодательством норм общественного контроля. Только в этом случае, по мнению Председателя общественной наблюдательной комиссии   Свердловской области Ашурбека Манасова возможен цивилизованный диалог, как с самой пенитенциарной системой, так и внутри неё.
     Увы, констатировали участники встречи, сама свердловская УИС до конца ещё не готова к такому диалогу, а это порождает в сознании уральской общественности немало догадок о том, где же все-таки рожается монстр. Одни его видят за колонийским забором, другие, используя советские стереотипы, лепят «образ врага» из тех, кто пытается карательную систему превратить в исполнительную, у которой  законность, это лицо, а не маска.  В целом же, очевидно, свердловской уголовно-исполнительной системе требуется качественный ребрендинг, профессионалов, способных его провести, у неё нет, а это значит,  тема девиации межличностных коммуникаций ещё долго будет оставаться для неё актуальной, порождая новые проблемы, которые в комплексе деструктивны и способны привести её к саморазрушению. Как скоро это случится? Перефразируя Ф. Ницше, как только бездна начнёт вглядываться в эту систему…  Сама же система, не осознавая того, уже смотрит  в бездну.
le6r4ET21HQ30OEGzEnkDs
SH0uV2SZWagJaOEwwMEkgo
CiKvPWyzzH4
Фото: С. Дунин и В.Башков.

5 КОММЕНТАРИИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here