Новые оценки ЛПУ-3 г. Челябинска и Тюрьме г. Верхнеуральск

2
1303

Несмотря на то,что мы очень расстроились из-за смерти Димы, у нас все же есть обязательства — мы должны делать объективные выводы и рассказывать о них после посещения пенитенциарных учреждений с инспекциями.

В прошедшие две недели я с членом ОНК по Челябинской области Владимиром Субботиным посетила ЛПУ-3 г. Челябинска, где как раз и видела Диму в последний раз. Там же я посетила еще несколькоих парней, которых ждет актировка (освобождение по болезни).Особенно меня сейчас волнует состояние еще одного Димы П., у которого в анамнезе болезнь Паркинсона. 12 февраля ему должны были сделать МРТ, чтобы подготовить документы для освобождения.

В целом в тот день я лично была удивлена переменой в настроении руководства тюремной больницей — начальника Волотовского и и.о.главного врача Хохловой. В тот день они шли нам навстречу, в тот день и наши мнения совпали во многом — многим заключенным при нас были назначены дополнительные анализы, а у одного их и взяли при нас (ранее в карте писали, что он отказался). Конечно, смерть Димы С. это впечатление омрачила, но, мы очень надеемся на то,что она послужит сигналом руководству ЛПУ-3 к действию — зачем множить показатели смертности, когда можно сделать доброе дело и отпустить тяжелобольных домой — надо всего лишь своевременно сделать необходимые анализы и передать документы в суд.

Еще посетили мы Тюрьму г. Верхнеуральска с членом ОНК по Челябинской области Диной Латыповой. Напомню, в предыдущие два посещения мы были не слишком довольны.Нам не разрешали общаться с осужденными наедине и не шли навстречу при рассмотрении вопроса о госпитализации осужденного Каргиева, у которого с ноября 2014 года в животе находятся гвозди.

На этот раз, казалось, натупила в наших взаимоотношениях с администрацией небольшая оттепель — все было по закону, все вопросы рассматривались на месте — в том числе, и вопрос по переводу Каргиева из холодной камеры (батареи там были еле теплыми) в другую. Однако мы пока не знаем, какие условия в другой камере, лучше ли. Беседовать с осужденными наедине так же никто не запрещал. Госпитализировать его так же отказались, заявив, что из оперативных соображений это невозможно.

Посетили мы и спецблок, в котором содержатся, так называемые, криминальные авторитеты — отдельно от общей массы. Осужденный Д. все никак не может пройти обследование по своему заболеванию, а у него астма. Похоже, в больницу его не отправляют тоже из оперативных соображений.

Еще один осужденный по фамилии Г. отметил, что в его камере установлена видеокамера, но он не уведомлялся о том, что его планируют снимать на камеру (стоит отметить, что помещение, где он содержится, тесное, санузел не изолирован, и что там сотрудники пытаются фиксировать, не понятно). Очевидно, что с вопросом видеофиксации надо разбираться отдельно, подняв все нормативы и приказы Директора ФСИН России.

В целом, климат изменился и в Верхнеуральской тюрьме — от инспекции я получила даже удовольствие. Надеюсь, все рекомендации будут учтены, и проблем больше не возникнет.

В заключение хочу отметить, что после стольких лет препятствий в осуществлении общественного контроля такие положительные перемены все-таки заставляют задумываться в том что где-то есть подвох. Увы. Надеюсь, я ошибаюсь.

Оксана Труфанова,
член ОНК Челябинской области

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Здравствуйте Оксана Николаевна! пробовал несколько раз Вам написать комментарий,но он почему-то не отправляется…как можно пообщаться с Вами?

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here