Исповедь несовершеннолетнего заключенного

0
2006

В Свердловском областном суде стартовал судебный процесс по обвинению двух жителей Сысертского района Свердловской области в возрасте 17 и 20 лет.

По сообщениям пресс-службы регионального следственного управления следственного комитета РФ, в июне 2013 года в ночное время 17-летний обвиняемый совместно со своим 20-летним знакомым, находясь в одном из сёл Сысертского района, совершили изнасилование и иные насильственные действия сексуального характера в отношении 17-летней жительницы Челябинской области. После этого злоумышленники совершили убийство этой же несовершеннолетней потерпевшей.

Кроме того, 17-летнего молодого человека обвиняют в изнасиловании своей малолетней сестры . Так, по данным следствия, в период с 2011 по 2013 годы злоумышленник используя беспомощное состояние своей малолетней сестры, неоднократно совершал в отношении нее иные насильственные действия сексуального характера.

20140604_153412
Владимир Капустин

В данном уголовном деле интересы несовершеннолетнего обвиняемого представляет адвокат Владимир Капустин. В ходе расследования уголовного дела со стороны отца обвиняемого и самого обвиняемого поступило заявление, что признательные показания были получены в результате физического насилия в СИЗО-1 г. Екатеринбурга.

По всем жалобам, поданными правозащитниками и адвокатом, Следственным комитетом РФ по Свердловской области были проведены проверки и все жалобы оставлены без удовлетворения.

Приводим показания несовершеннолетнего подсудимого Ильи Ш., которые он приготовил для выступления в суде и которые оформлены адвокатом в печатном виде.

— «Признаю полностью обвинение по фактам насильственных действий сексуального характера по статье 132 УК РФ в отношении своей несовершеннолетней сестры.

Это возникло, когда я ещё сам был малолетним, мне не было 12 лет, не осознавал до конца пагубности моих действий, и это продолжалось по 2013 год. Так получилось.

В настоящее время я осознал преступный характер моего отношения к сестрёнке, каюсь перед ней, своими родителями. Если, можно, пусть простят меня, нет, значит, не простят.

Возможно, в обвинении могут возникать различные даты моих преступных деяний, ведь, это длилось годами, не буду и не хочу оспаривать конкретные даты деяний, вменённых мне, главное, факты сексуального характера были, имели место. Повторяю, что обвинение по своей сестрёнке признаю полностью. И, если б можно было, попросил бы применение особого порядка принятия судебного решения.

Обвинение в изнасиловании и убийстве Чухонцевой Кати не признаю.

Не признавал изначально. Не признавал и будучи арестованным за преступление в отношении моей сестры Полины. Добровольно прошёл  детектор лжи и он показал, что я не врал, что я не убивал. Через три месяца нахождения в СИЗО-1 гор. Екатеринбурга я признал и изнасилование и убийство, написал явку с повинной, допросился, сводил следователя к месту повешения Чухонцевой Кати на мосту нашего села.

Явка с повинной, допросы с моим признанием были совершены мной после избиения меня тремя взрослыми заключёнными в камере СИЗО-1, куда меня специально отвёл дежурный работник СИЗО, а затем забрал. Они не просто избили меня, но угрожали мне изнасилованием в извращённой форме. До этого и потом со мной «работали» сотрудники СИЗО и оперуполномоченный Свердловской области Химич. Да, они лично не били меня, угрожали словесно и практически свою угрозу выполнили моим избиением другими взрослыми осужденными. Спросите откуда я знал о деталях преступления. В селе все знали о совершённом преступлении, о месте повешения на мосту Кати Чухонцевой, как она висела. На выпускном вечере я с друзьями побывал возле школы, примерно, в час ночи. Со всеми разговаривал, всех видел. В беседах с оперуполномоченными нашего района, Химичем мне объявлялись некоторые детали, что вот так было или должно быть. Я стал говорить как им хотелось, что-то добавлял от своего воображения. Так, я самостоятельно добавил, что ударил Катю трубой по голове и тем самым как бы убил её, и дальше она уже не подавала признаков жизни. А потом мы повесили её за перила моста. Но, вы же знаете, что я напридумывал всё это, что никто Катю по голове не бил и не убивал. Как из экспертиз известно, её смерть наступила от повешения. Причём, от самоповешения, к этому склоняются две проведённые судебно-медицинские экспертизы. Лишь, после повторного настойчивого недоумения следователей одна экспертиза после заключения о самоубийстве дописала, что возможно и инсценирование самоубийства. Сообщаю, что опыта в инсценировке самоубийств у меня не было и нет. Попробовал кто-нибудь инсценировать самоубийство в темноте под мостом? Я ничего не инсценировал, я не убивал.

Следствием были назначены и проведены более трёх десятков судебных медицинских, следоведческих экспертиз.  Исследовались моя одежда и обувь, обивка и чехлы моего старого автомобиля, мои кровь, моча и прочее. Проверялись такие же обстоятельства и в отношении моего знакомого второго подсудимого Козлова. Исследовались одежда и обувь Кати Чухонцевой, её тело и другие органы.  Ни одна экспертиза не установила моей причастности к факту смерти Кати Чухонцевой.

До настоящего времени несмотря на мои заявления в следственный комитет, прокуратуру Свердловской области, в суд ни один из указанных органов не решился исследовать мои показания о «выбивании» у меня явки с повинной, отказался от фиксации моего указания об определённой камере, в которую меня выводили и где меня били, от фиксации моих опознаний по фотографиям всех трёх осужденных, действовавших по «наводке» оперслужбы и выбивших из меня мнимую явку с повинной. Прокурор области вообще не ответил.delo

Судья Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Антропов постановлением от 16.01.2015 г. признал законным постановление второго следователя области Кулакова от 27.10.2014 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении оперработников и следователя Койнова, расследовавшего преступление. Районный судья проигнорировал моё утверждение о сделанных опознаниях, неполноту расследования, факта выбивания из меня явки с повинной,  не обратил внимания на замечания адвоката о том, что факт моего избиения осужденными не исследовался, а по неизвестной причине в возбуждении уголовного дела было отказано в отношении следователя Койнова, ведшего моё уголовное дело, оперработников за отсутствием в их действиях состава преступления. Но, я ведь жаловался по факту моего избиения другими лицами-тремя осужденными, о них ни слова. Апелляционная жалоба моего защитника Капустина от 25 января 2015 г. до настоящего времени областным судом не рассмотрена.

Вот всё, что я хотел сказать и сказал».
Подсудимый  Илья Ш.

О ходе рассмотрения уголовного дела в Свердловском областном суде мы будем сообщать на страницах нашего сайта.

Правозащитники Урала

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here