Категории | Блог

Кто готовит революцию?

Суд

Разрыв шаблона: в судах Нижнего Тагила оправданы участники митингов против коррупции

10 августа случилось удивительное: Дзержинский районный суд Нижнего Тагила при участии екатеринбургского адвоката Романа Качанова оправдал 18-летнего Сергея Антощенко, задержанного на несанкционированной акции «Димон ответит» 12 июня. И это не первое политически мотивированное дело, выигранное Романом Качановым в Нижнем Тагиле. Ранее его усилиями были оправданы участники несогласованной акции 26 марта «Он нам не Димон» Александр Баторин, Илья Коровин и Иван Силаев.

Что произошло с Сергеем Антощенко

12 июня, в день России, я прибыла в этот город, чтобы сделать свой первый репортаж о намечавшейся там антикоррупционной акции сторонников Алексея Навального, не согласованной местными властями. Здесь же находился и адвокат Роман Качанов, на случай, если понадобится его помощь.

На площади перед КДК «Современник» уже издалека маячил местный активист Иван Силаев, стройный, строгий, даже солидный, с большим плакатом: «За честную власть, честные выборы, честную администрацию». В кармане у Ивана в качестве охранной грамоты лежало совсем свежее решение суда о прекращении в отношении него административного дела за участие в мероприятии 26 марта. Перед Иваном выстроилась толпа зрителей, но на почтительном расстоянии, как будто судебная бумага прямо из кармана излучала колдовскую силу и образовала защитный магический круг. Редкие смельчаки решались нарушить невидимые границы, чтобы сфотографироваться на фоне пикетчика или подержать над ним зонтик. Полицейский ревниво отгонял всех, кто приближался ближе трех метров. В каком-то смысле это был образцово-показательный одиночный пикет.

Я была свидетелем, как Сергей Антощенко удалился на максимальное расстояние от него и встал на другом конце площади, развернув лист формата А4 с текстом «Коррупция ворует будущее». К Сергею тут же потянулись зрители, уставшие просто глазеть на расстоянии на неприступного Ивана, жаждущие движения и общения. В считанные минуты хрупкий юноша оказался окружен плотным скоплением людей. Любопытствующие подошли слишком близко, что и было расценено полицией как долгожданное нарушение порядка проведения публичного мероприятия. И наступил звёздный час для стражей закона. Антощенко взяли под руки, и повели прочь два человека в форме. Зрелище было вполне в духе времени: без объяснения причин, под крики «Позор!» и в сопровождении толпы. Тут еще хлынул ливень.

Суд назначили на 10 августа. Меня неожиданно допустили участвовать в процессе в качестве общественного защитника.

Несмотря на то, что авторитет адвоката Качанова в моих глазах был непреложен, а невиновность Антощенко очевидна, оправдательного вердикта я не ждала. Слишком много подобных процессов на моих глазах завершились обвинительными решениями безо всяких на то оснований. Судья Наталья Ильютик осуществила разрыв шаблона: она прекратила дело в отношении Антощенко за отсутствием состава преступления.

Нижний Тагил — оазис свободы?

В понедельник 15 августа в том же городе Нижний Тагил Роман Качанов окончательно отстоял пятую фигурантку дела 26 марта — несовершеннолетнюю Б. Накануне акции 26 марта она прочла в соцсетях, что организатор Коровин успешно обжаловал отказ городской администрации в согласовании антикоррупционного митинга в суде. Школьница подумала, что это решение суда автоматически делает мероприятие законным. О том, что мэрия подготовила второй отказ, девочка узнать не успела, а самого Коровина забрали в полицию еще до начала акции, так что и сообщить ей было некому. Комиссия по делам несовершеннолетних (далее — КДН) поверила школьнице и оправдала ее.

Полиция разоблачила сама себя

Полиция с решением КДН по делу ученицы Б. не согласилась и пожаловалась в суд. Дело попало к судье Степановой.

Поначалу судья Степанова выглядела грозно, почти как завуч, очень сурово допрашивала девочку, можно сказать, психологически давила. Мне, находящейся в зале в качестве зрителя, показалось, что дело плохо.

Сторону обвинения представляла железобетонная полицейская дама, только что назначенная ВРИО начальника отдела полиции № 16. Она и настояла на просмотре видеозаписи событий, но улика не оправдала ее надежд. Видеозапись противоречила рапорту нижнетагильского полицейского чина Асадуллина об обстоятельствах и мотивах задержания, зато наглядно демонстрировала, как две девочки, включая Б., были грубо схвачены совсем не на акции, а в другом месте, со свернутыми плакатами, людьми в штатском, с применением физической силы безо всяких видимых разумных причин. По выражению адвоката Романа Качанова, девчонок «поволокли в автозак, как животных на бойню». Г-н Асадуллин выступил свидетелем в нескольких судебных заседаниях по делам задержанных 26 марта, где порой давал взаимоисключающие показания, но на суд по делу Б. он так и не явился, ограничившись рапортом, полностью опровергаемым видеозаписью. Судья Степанова сменила гнев на милость и оставила в силе ранее вынесенное решение КДН.

Нижний Тагил неожиданно предстал в моих глазах как оазис свободы на фоне остальной России, изнывающей под гнетом произвола исполнительной власти.

Нижний Тагил — это всё-таки Россия

Больше половины решений по аналогичным делам в Нижнем Тагиле все же были обвинительными. Было задержано на 26 марта и 12 июня порядка шестнадцати человек, мне известно об оправдании пятерых.

Наказаны, в частности, Илья Федоров — штрафом 10 тысяч рублей за плакат «Димон, пора разуваться», Александр Пронищев — точно таким же штрафом просто за факт присутствия на месте проведения акции, без лозунгов и плакатов. И другим активистам также назначены административные штрафы.

Внутреннее убеждение

Как выяснилось в судах, сотрудники полиции, составлявшие рапорта, самостоятельно не задерживали граждан, которые находились на митинге, и даже не присутствовали при этом, а получали инструкции по составлению протоколов от начальства, что прямо противоречит административному законодательству РФ.

«Протокол об административном правонарушении составляет лицо, выявившее правонарушение»— говорит нам закон.

«На протяжении шести дней, в течение которых шли судебные заседания, я только и слышал от сотрудников полиции, что они не видели, как конкретно гражданин совершил правонарушение. Все рапорта были сфальсифицированы. У меня создалось впечатление, что граждан задерживали по внутреннему убеждению сотрудника полиции, а не по факту нарушения закона», — заявил адвокат Роман Качанов.

Лично мне доводилось присутствовать и на других судах по политически мотивированным делам, и поэтому трудно не согласиться с печальным выводом Качанова, что именно внутреннее убеждение полицейских и судей, а не реальные факты и закон ложатся в основу большинства таких судебных решений и приговоров. В первые годы советской власти это самое «внутреннее убеждение» определялось как «принцип революционной целесообразности». Каждый трактовал эту самую целесообразность на свой лад, имела значение только цель, но не средства ее достижения. Эта самая революционная целесообразность, не ограниченная ни моралью, ни религией, ни правом, и породила все разновидности советских репрессий.

 Революционеры испугались революции

Отказывая в согласовании митингов против коррупции, администрации разных городов как под копирку написали, что мероприятия, направленные «против Председателя Правительства Российской Федерации Медведева» нарушают принципы Конституции, а сама цель митинга «может быть расценена как направленная на насильственное изменение конституционного строя».

Переводя на русский язык, чиновники назначили коррупцию главной государственной скрепой, а в свободных выборах узрели угрозу революции. И в этом страхе революции кроется очень большая ирония судьбы, потому что сама власть у нас все еще революционная, наследница великого октября, основанная на принципе «Цель оправдывает средства». Как видим, чиновники, судьи и полицейские до сих пор руководствуются в принятии решений какими-то «внутренними убеждениями», если не сказать — понятиями, а отнюдь не нормами законов и права.

Правовое государство и Принцип революционной законности

Согласно марксистской концепции сущность права — выражать волю и интересы господствующего класса, коммунисты номинально провозгласили таким классом пролетариат, в реальности его место заняла чиновная бюрократия. В России на сегодняшний день у власти — все та же бюрократия с примкнувшими к ней олигархами, и закон расценивается лишь как средство государственного принуждения, не руководит властью, но служит ее орудием. В пику этому представлению, функция права в истинно правовом государстве — защита личности от государственного насилия. В правовом государстве власть должна действовать по закону, а не манипулировать им.

Так кто готовит революцию?

Свобода мирных собраний — одно из основных международно признанных прав человека, обеспечивающих непосредственное участие граждан во власти. Лгущие в судах полицейские, фальсифицирующие рапорта ради раскрываемости, на корню подрывают доверие граждан к своему государству. Суд — еще одна реперная точка, на которой заканчиваются последние, вообще все, попытки мирного поиска справедливости. Российский суд, до сих пор ориентированный на обоснование удобного власти приговора, с каждым новым неправедным решением приближает тот миг, когда граждане окончательно разуверятся в возможности повлиять на политику власти легитимными методами. Без права мирных собраний, свободных выборов и без справедливого суда единственной формой осуществления гражданами своего права на участие в принятии ключевых решений, определяющих пути государственного развития, становится насилие.

Вот и выходит, что главные революционеры в стране — это не протестующие граждане, выходящие на мирные митинги, ведь протестующие добиваются права именно ВЫБРАТЬ себе другую власть, ВЫБРАТЬ, а не поменять ее насильно. Главные революционеры — это как раз чиновники, фальсифицирующие выборы и запрещающие мирные мероприятия, полицейские, творящие произвол, и судьи, выносящие неправосудные решения.

Источник: ng-ural.com

Поделиться в соц. сетях

0

Оставьте ответ

Подписка на новости

Фотографии на flickr

Яндекс.Метрика