«Это не колония, это концлагерь для женщин!». Правозащитники дали оценку действиям администрации ИК-16

2
1449

«Это не колония, это концлагерь для женщин!», такие были отзывы осужденных женщин, которые со слезами на глазах рассказывали нам о «порядках» в ИК-16 г.Краснотурьинск, установленных администрацией ИУ» — рассказывает правозащитник Алексей Соколов, — Операция «пожар» — это когда женщины носятся по отряду со своими матрасами и табуретками, вынося их в локальный участок. Время действия — 1 или 2 раза в неделю, в зависимости от желания руководства ИУ. Операция «навоз» — это когда навоз из свинарника грузишь в мешки из-под сахара и на себе несешь в жилую зону, время действия — от подъема до ужина».

По словам правозащитников на территории исправительного учреждения введены ограничения на телефонные звонки. Время действия — до четырех месяцев. Если даже сможешь подойти к таксофону, которые установлены в каждом отряде, то в трубке услышишь — «номер заблокирован, обратитесь к администрации».

«При этом в камерах отсутствуют бачки с питьевой водой и кружка. Администрация запрещает женщинам иметь в камере зубную щетку, пасту, мыло, полотенце, личную кружку. Содержавшиеся в данном месте сведения признаны несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области« — рассказывает эксперт Яна Гельмель.

Женщины с опаской рассказывали правозащитникам об ужасных и нечеловеческих условиях, в которых им приходится жить

Обо всем этом правозащитники узнали во время проведения общественного расследования, которое проводили в течение февраля 2019 года в ИК-16 г. Краснотурьинск. За это время опросили более 14 женщин, как ранее отбывавших, так и отбывающих наказание, а также двух сотрудников ИК-16.

«В первый наш приезд в ИК-16 нам вынесли отказы от женщин с нами встречаться, но нам удалось опросить двух заключенных. Женщины запуганы и находятся в подавленном состоянии, боятся поднять глаза вверх.
Во второй приезд мы опросили еще 8 женщин. Встречались мы с заключенными-женщинами в порядке ч.4 ст.89 УИК РФ и нам сложно было добиваться права на конфиденциальность встречи, но нам удалось. В этом нам помог зам.начальника ГУФСИН России по Свердловской области, который пообещал, что проблем во время встреч не будет и он выполнил свои обещания. Все показания заключенных-женщин были зафиксированы на видеокамеру» — рассказывает адвокат Роман Качанов.

По итогам проведения общественного расследования правозащитники пришли к выводу, что в исправительном учреждении установлены, по существу, пыточные условия и другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращений и наказания.

Вся информация была передана в ГУФСИН России по Свердловской области, которое уже зафиксировало факт стояния женщин в ШИЗО по 16 часов, а также другие нарушения.

Алексей Соколов и адвокат Роман Качанов официально обратились с заявлением в СУ СК России по Свердловской области с требованием возбудить уголовное дело, т.к. умышленные действия сотрудников ИК-16 по понуждению осужденных-женщин днями стоять в камере ШИЗО, не разрешая им ни присесть, ни даже облокотиться на стул, стол или стену, содержат признаки составов преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 117 УК РФ.

В ближайшее время мы опубликуем Аналитическую справку по итогам проведения общественного расследования в ИК-16.

Сейчас в колонии женщинам свободно разрешено совершать телефонные звонки на все номера, которые они укажут в своих заявлениях и это уже прогресс.

Правозащитники Урала

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 июля 2019 года

Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Агафоновой А. Е., при секретаре Ветринской А. Е., с участием представителей истца Ясман О. Н., Бахтиной А. А., представителя ответчиков Качанова Р. Е., представителя ответчика и ответчика Соколова А. В., третьего лица Гельмель Я. С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» к Ассоциации «Содействие в правовой защите населения «Правовая основа», Соколову А. В. о защите деловой репутации,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» (далее — ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области) обратилось в суд с иском к Ассоциации «Содействие в правовой защите населения «Правовая основа» (далее — Ассоциация «Правовая основа»), Соколову А. В. о защите деловой репутации, а именно: признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области размещенные 01.03.2019 в сети интернет на сайте www.pravo-ural.ru в статье «Это не колония, это концлагерь для женщин!». Правозащитники дали оценку действиям администрации ИК-16» сведения следующего содержания:

«Это не колония, это концлагерь для женщин!», такие были отзывы осужденных женщин, которые со слезами на глазах рассказывали нам о «порядках» в ИК-16 г. Краснотурьинск, установленных администрацией ИУ»,

«..операция «навоз»: навоз из свинарника грузишь в мешки из-под сахара и на себе несешь в жилую зону, время действия — от подъема до ужина»,

«Установление садистского способа для женщин совершать гигиенические процедуры, отбывая в камере ШИЗО, только с помощью мыльницы и холодной воды. При этом в камерах отсутствуют бачки с питьевой водой и кружка. Администрация запрещает женщинам иметь в камере зубную щетку, пасту, мыло, полотенце, личную кружку. Присаживаться в камере на табуретку, пол или облокачиваться на стенку — грубое нарушение правил, установленных администрацией ИК-16 г. Краснотурьинска. Кто ослушался — физическое наказание или продление дополнительных суток в ШИЗО, где опять же нужно стоять по 16 часов. У женщин опухали ноги от длительного стояния, кто-то падал в обморок, но надзирателям было безразлично, ведь это были для них «животные», «теплотрасницы» — именно так называли некоторые сотрудники ИК-16 осужденных женщин»,

«По итогам проведения общественного расследования правозащитники пришли к выводу, что в исправительном учреждении установлены, по существу, пыточные условия и другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращений и наказания», —

и обязании Ассоциацию «Правовая основа» удалить указанные сведения и опровергнуть их путем опубликования на сайте www.pravo-ural.ru текста решения суда в течение 5 дней с момента вступления решения суда в законную силу;

признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области размещенные 21.03.2019 в сети интернет на сайте www.pravo-ural.ru в статье «Это не государственная колония для заключенных женщин. Это частная лавочка людей, которые прикрываются погонами, творят произвол» сведения следующего содержания:

«Это не государственная колония для заключенных женщин. Это частная лавочка людей, которые прикрываются погонами, творят произвол»,

«Про эту колонию и о пытках, организованных некоторыми сотрудниками ИУ, мы подробно рассказывали на пресс-конференции»,

«…Только после звонка в ГУФСИН нам удалось встретиться с пятью женщинами, которые опять со слезами на глазах рассказывали о психологическом давлении со стороны заместителя начальника колонии Есаулкова»,

«… Есаулков прямо с утра видимо когда получил заявление от начальника, заставлял заключенных-женщин отказываться от встречи. Пугал, ругал, обещал ШИЗО и строгие условия отбывания наказания…»,

«На двух женщин, после опубликования жалоб были составлены рапорта о, якобы, нарушенном ими ПВР ИУ»,

«… Да и видно по некоторым сотрудникам ИУ, что их умственные способности и культура поведения оставляет желать лучшего»,

«… в ИК-16 больные женщины умирают от того, что им не оказывают помощь», —

и обязании Ассоциацию «Правовая основа» удалить указанные сведения и опровергнуть их путем опубликования на сайте www.pravo-ural.ru текста решения суда в течение 5 дней с момента вступления решения суда в законную силу;

признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области размещенные 28.02.2019 в сети интернет на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54/. сведения следующего содержания:

«Это не колония, это концлагерь для женщин!», такие были отзывы осужденных женщин, которые со слезами на глазах рассказывав нам о «порядках» в ИК-16 г. Краснотурьинск, установленных администрацией ИУ»,

«..операция «навоз»: навоз из свинарника грузишь в мешки из-под сахара и на себе несешь в жилую зону, время действия — от подъема до ужина»,

«Установление садистского способа для женщин совершать гигиенические процедуры, отбывая в камере ШИЗО, только с помощью мыльницы и холодной воды. При этом в камерах отсутствуют бачки с питьевой водой и кружка. Администрация запрещает женщинам иметь в камере зубную щетку, пасту, мыло, полотенце, личную кружку. Присаживаться в камере на табуретку, пол или облокачиваться на стенку — грубое нарушение правил, установленных администрацией ИК-16 г. Краснотурьинска. Кто ослушался — физическое наказание или продление дополнительных суток в ШИЗО, где опять же нужно стоять по 16 часов. У женщин опухали ноги от длительного стояния, кто-то падал в обморок, но надзирателям было безразлично, ведь это были для них «животные», «теплотрасницы» — именно так называли некоторые сотрудники ИК-16 осужденных женщин»,

«По итогам проведения общественного расследования правозащитники пришли к выводу, что в исправительном учреждении установлены, по существу, пыточные условия и другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращений и наказания», —

обязании Соколова А. В. удалить указанные сведения и опровергнуть их путем размещения на личной странице в социальной сети Facebook текста решения суда в течение 5 дней с момента вступления решения суда в законную силу;

признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области размещенные 20.03.2019 в сети интернет на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54/. сведения следующего содержания:

«Это не государственная колония для заключенных женщин. Это частная лавочка людей, которые прикрываются погонами, творят произвол»,

«Про эту колонию и о пытках, организованных некоторыми сотрудниками ИУ, мы подробно рассказывали на пресс-конференции»,

«…Только после звонка в ГУФСИН нам удалось встретиться с пятью женщинами, которые опять со слезами на глазах рассказывали о психологическом давлении со стороны заместителя начальника колонии Есаулкова»,

«… Есаулков прямо с утра видимо когда получил заявление от начальника, заставлял заключенных-женщин отказываться от встречи. Пугал, ругал, обещал ШИЗО и строгие условия отбывания наказания…»,

«На двух женщин, после опубликования жалоб были составлены рапорта о, якобы, нарушенном ими ПВР ИУ»,

«… Да и видно по некоторым сотрудникам ИУ, что их умственные способности и культура поведения оставляет желать лучшего»,

«… в ИК-16 больные женщины умирают от того, что им не оказывают помощь», —

обязании Соколова А. В. удалить указанные сведения и опровергнуть их путем размещения на личной странице в социальной сети Facebook текста решения суда в течение 5 дней с момента вступления решения суда в законную силу;

признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области размещенные 28.03.2019 в сети интернет на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54/. сведения следующего содержания:

«Если ты не откажешься от своих жалоб на пытки, то мы напишем тебе отрицательную характеристику и ты не сможешь, после освобождения из зоны, забрать своих детей из детдома» — требование представителя ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области к заключенной женщине, матери двоих детей», —

обязании Соколова А. В. удалить указанные сведения и опровергнуть их путем размещения на личной странице в социальной сети Facebook текста решения суда в течение 5 дней с момента вступления решения суда в законную силу;

признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области размещенные 29.03.2019 в сети интернет на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54/. сведения следующего содержания:

«Отдельные формы пыток продолжают действовать в отношении заключенных-женщин, которые отбывают наказание в ИК-16 г. Краснотурьинск», —

обязании Соколова А. В. удалить указанные сведения и опровергнуть их путем размещения на личной странице в социальной сети Facebook текста решения суда в течение 5 дней с момента вступления решения суда в законную силу, указав, что 08.02.2019, 22.02.2019, 19.03.2019 ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области посещали представители правозащитной организации Винс Л. В.Гельмель Я. С., Качанов Р. Е., М.С.С.Соколов А. В. В ходе посещения исправительного учреждения правозащитники общались с осужденными, отбывающими наказание в ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области.

После посещения ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области 01.03.2019 и 21.03.2019 представителями правозащитной организации на сайте www.pravo-ural.ru в статьях «Это не колония, это концлагерь для женщин!», «Это не государственная колония для заключенных женщин. Это частная лавочка людей, которые прикрываются погонами, творят произвол» была размещена информация, содержащая недостоверные сведения о деятельности учреждения и порочащая его деловую репутацию. Администратором сайта http://pravo-ural.ru является Ассоциация «Правовая основа».

Информация аналогичного характера была размещена на личной странице Соколова А. В. в социальной сети Facebook по адресу https://www.facebook.com/aleksey. sokolov.54/.

Факт размещения информации подтверждается протоколом осмотра, составленным 08.04.2019 нотариусом нотариального округа г. Екатеринбург Сотиной Т. В.

При прочтении публикаций в целом и оспариваемых фрагментов в отдельности у читателя складывается определенное мнение о совершении истцом незаконных действий, посягающих на здоровье, честь и достоинство осужденных, недобросовестности в выполнении установленных государством функций пенитенциарной системы. Использованные автором публикаций слова и выражения из оспариваемого содержания публикаций: «это частная лавочка людей, которые прикрываются погонами, творят произвол», «о пытках, организованных некоторыми сотрудниками ИУ», «пугал, ругал, обещал ШИЗО и строгие условия отбывания наказания», «видно по некоторым сотрудникам ИУ, что их умственные способности и культура поведения оставляет желать лучшего», «в ИК-16 больные женщины умирают от того, что им не оказывают помощь», «это не колония, это концлагерь для женщин», «установление садистского способа для женщин совершать гигиенические процедуры, отбывая в камере ШИЗО, только с помощью мыльницы и холодной воды», «у женщин опухали ноги от длительного стояния, кто-то падал в обморок, но надзирателям было безразлично, ведь это были для них «животные», «теплотрасницы» — характеризуют незаконную деятельность против здоровья и чести и достоинства, против государственной власти и интересов государственной службы, осуждаемую государством и обществом. Термин «пытка» широко используется для классификации противоправного, преступного поведения. В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод («Запрещение пыток») никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Определение пытки можно найти не только в Словаре русского языка Ожегова С. И. (пытка — это физическое насилие, истязание при допросе), но и в примечании к ст. 117 Уголовного кодекса Российской Федерации (под пыткой понимается причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях). Под «концлагерем» понимается специально оборудованный центр массового принудительного заключения и содержания политических заключенных, лиц, лишенных свободы по национальному или иному признаку. В психологии слово «садизм» означает склонность к насилию, получение удовольствия от унижения и мучения других. Садизм напрямую связан с агрессией, отрицанием прав другой личности. При употреблении вышеназванных словосочетаний в опубликованных статьях создается впечатление о противоправных действиях со стороны должностных лиц исправительной колонии, наличии у них психических расстройств, бесчеловечных условиях содержания осужденных, что в свою очередь дискредитирует деятельность ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области.

Ответчики, распространяя указанные сведения, не представили доказательств того, что преступления и иные незаконные действия, в которых обвинены должностные лица колонии и сама колония, имели место как на момент посещения исправительного учреждения, так и на момент осуществления публикаций. В отношении колонии отсутствует принятое в установленном законом порядке постановление о признании ее деятельности противоправной, а в отношении должностных лиц колонии — постановление о возбуждении уголовного дела или приговор суда. Напротив, постановлением старшего следователя следственного отдела по г. Краснотурьинску Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области от 04.04.2019 отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению Соколова А. В. о применения насилия сотрудниками ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области в отношении осужденных в связи с отсутствием события преступления.

То, что к должностным лицам, государственным органам, организациям с публичными функциями уровень допустимой критики имеет более широкие пределы, не означает возможность необоснованного утверждения о совершении ими противоправных действий (бездействия). Критика как мыслительный процесс определяется как выявление ошибок и их разбор (анализ), обсуждение чего-либо с целью выразить свою точку зрения. Соответственно, для критики характерна определенная доля конструктивности и направленность именно в отношении их должностных (публичных) обязанностей. Поэтому критику необходимо отделять от категоричных утверждений о нарушении такими лицами действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении, недобросовестности при осуществлении деятельности. Конструктивность критики заключается и в аргументированности, чего оспариваемые сведения лишены.

Суждения, содержащиеся в статьях от 01.03.2019 и 21.03.2019 на сайте www.pravo-ural.ru, сформулированы в некорректной, оскорбительной форме, умаляющей деловую репутацию истца в общественном мнении, в связи с чем, также могут выступать предметом проверки при рассмотрении требований о защите деловой репутации. Изложение информации не указывает на то, что факты, описанные в ней, предполагаются администратором сайта и лицами, распространившими информацию. Избранный стиль изложения информации указывает на наличие описываемых фактов в реальной действительности, указывает на осуществление сотрудниками ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области противоправных действий.

Поскольку Соколов А. В., являясь директором Ассоциации «Правовая основа», в силу своих полномочий не был исключен из процесса инициирования размещения информации на сайте www.pravo-ural.ru и личной странице в социальной сети «Facebook», имел возможность ее контроля и изменения содержания, он также является надлежащим ответчиком по делу, как лицо, распространившее сведения в сети Интернет.

В судебном заседании представитель истца и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний Свердловской области — Ясман О. Н. заявленные требования и доводы искового заявления поддержала.

Представитель истца Бахтина А. А. заявленные требования и доводы искового заявления поддержала.

Представитель ответчиков Качанов Р. Е., представитель ответчика и ответчик Соколов А. В. заявленные требования не признали, суду пояснили, что все оспариваемые фразы в статье «Это не колония, это концлагерь для женщин!» вырваны из контекста, в контексте фразы представляют собой не утверждение, а мнение правозащитников, воспроизведение мнения осужденных-женщин, с которыми правозащитники встречались в порядке ч. 4 ст. 89 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации с целью оказания им юридической помощи. Данное обстоятельство подтверждается доказательствами, предоставленными суду. Мнение, суждение ответчика, равно как иных лиц не может являться объектом гражданско-правого оспаривания, тем более, в рамках иска к конкретным ответчикам, не являющимся авторами оспариваемой фразы. Также одна из оспариваемых фраз представляет собой цитату эксперта Гельмель Я. С. При этом эксперт также указанные обстоятельства не выдумывает, а излагает исходя из той информации, которую получила во время юридических консультаций осужденных, отбывающих наказание в ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области.

Оспариваемая фраза «Это не государственная колония для заключенных-женщин. Это частная лавочка людей, которые, прикрываясь погонами, творят произвол» является заголовком статьи публицистического актера. Таким образом, рассматривать заголовок отдельно, вне контекста той информации, которая изложена в статье, неправильно. Заголовок носит оценочно-публицистический характер и полностью отражает ту информацию, которая изложена в статье.

Оспариваемая фраза «Про эту колонию и о пытках, организованных некоторыми сотрудниками ИУ, мы подробно рассказывали на пресс-конференции» также вырвана из контекста.В данном случае речь идет о пресс-конференции, которая действительно была проведена и на которой правозащитники, а также бывшие осужденные рассказали о пытках, организованными некоторыми сотрудниками ИУ. При этом указанной фразой деловая репутация ответчика никак не затрагивается.

Оспариваемая фраза «Только после звонка в ГУФСИН нам удалось встретиться с пятью женщинами, которые опять со слезами на глазах рассказывали о психологическом давлении со стороны заместителя начальника колонии Есаулкова» также вырвана из контекста, представляет собой комментарий правозащитника Соколова А. В. в отношении обстоятельств, которые с ним произошли при ожидании свидания с осужденными, а также во время данного свидания.

Оспариваемая фраза «Есаулков прямо с утра видимо когда получил заявление от начальника, заставлял заключенных-женщин отказываться от встречи. Пугал, ругал, обещал ШИЗО и строгие условия отбывания наказания…» вырвана из контекста. В данной фразе изложено мнение правозащитников, которое не может быть объектом гражданско-правового оспаривания.

Оспариваемая фраза «На двух женщин, после опубликования жалоб были составлены рапорта о, якобы, нарушенном ими ПВР ИУ» соответствует действительности. Кроме того, непонятно, каким образом данная фраза соотносится с деловой репутацией ответчика.

Оспариваемая фраза «Да и видно по некоторым сотрудникам ИУ, что их умственные способности и культура поведения оставляет желать лучшего» также вырвана из контекста. Данная фраза является неполным воспроизведением цитаты эксперта Межрегионального центра прав человека Винс Л. В. Кроме того, непонятно, каким образом данная фраза соотносится с деловой репутацией ответчика.

Оспариваемая фраза «…в ИК-16 больные женщины умирают от того, что им не оказывают помощь» также вырвана из контекста.Исходя из того, что фраза начинается со слов печально, можно сделать вывод, что она является оценочным суждением автора статьи. Кроме того, изложенные обстоятельства подтверждаются материалами, представленными суду.

Оспариваемые фразы в социальной сети Facebook являются практически дословными цитатами соответствующих статей сайта «Правозащитники Урала».

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний Свердловской области (далее — ГУФСИН России по Свердловской области) Паньков А. П. против удовлетворения заявленных требований возражал.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Гельмель Я. С. заявленные требования поддержала, суду пояснила, что оспариваемые сведения сообщала Ассоциации «Правовая основа» со слов осужденных женщин, соответствуют действительности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Винс Л. В. в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом (т. 1 л. д. 202), о причинах неявки суд не уведомлен.

С учетом мнения представителей истца Ясман О. Н., Бахтиной А. А., представителя ответчиков Качанова Р. Е., представителя ответчика и ответчика Соколова А. В., представителей третьего лица ГУФСИН России по Свердловской области Ясман О. Н., Панькова А. П., третьего лица Гельмель Я. С., суд определил рассмотреть дело в отсутствие третьего лица Винс Л. В.

Заслушав объяснения представителей истца Ясман О. Н., Бахтиной А. А., представителя ответчиков Качанова Р. Е., представителя ответчика и ответчика Соколова А. В., представителей третьего лица ГУФСИН России по Свердловской области Ясман О. Н., Панькова А. П., третьего лица Гельмель Я. С., исследовав материалы гражданского дела, заслушав показания свидетелей, суд, оценив все представленные доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, оспариваемые истцом сведения изложены в статье под названием «Это не колония, это концлагерь для женщин!». Правозащитники дали оценку действиям администрации ИК-16», размещенной 01.03.2019 в сети интернет на сайте www.pravo-ural.ru, и в статье под названием «Это не государственная колония для заключенных женщин. Это частная лавочка людей, которые прикрываясь погонами, творят произвол», размещенной 21.03.2019 в сети интернет также на сайте www.pravo-ural.ru, администратором домена которого является Ассоциация «Правовая основа» (т. 1 л. д. 123-124), а также размещены 28.02.2019, 20.03.2019, 28.03.2019 и 29.03.2019 в сети интернет на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54/.

Факт распространения оспариваемых сведений подтверждается нотариально удостоверенным 08.04.2019 протоколом осмотра письменных доказательств (т. 1 л. д. 12-52) и ответчиками не оспаривался.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Ст. 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

На территории Российской Федерации действует ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. При этом осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах прав других лиц.

Ч. ч. 1, 5, 11 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет».

Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

В п. п. 7, 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести, достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» содержится разъяснение, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно уставу, истец ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области является учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим уголовные наказания в виде лишения свободы, имеет гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и несет связанные с этой деятельностью обязанности.

Предметом и целями деятельности Учреждения являются: исполнение в соответствии с законодательством Российской Федерации уголовного наказания в виде лишения свободы; обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных; обеспечение правопорядка и законности в Учреждении, обеспечение безопасности в Учреждении осужденных; создание осужденным условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации, федеральных законов и иных нормативно правовых актов Российской Федерации (т. 1 л. д. 100-108).

Таким образом, деловая репутация учреждения — это оценка его профессиональных качеств как составной части уголовно-исполнительной системы Российской Федерации и прямо способствующая деятельности учреждения по успешной реализации возложенных на него обязанностей.

В фрагменте «Это не колония, это концлагерь для женщин!», такие были отзывы осужденных женщин, которые со слезами на глазах рассказывали нам о «порядках» в ИК-16 г. Краснотурьинск, установленных администрацией ИУ» не содержится утверждения о том, что колония является концлагерем для женщин, о чем свидетельствует применение кавычек (приема цитирования речи осужденных) и указание на то, что данное высказывание является отзывом, то есть мнением осужденных о «порядках» в ИК-16 г. Краснотурьинск. Согласно Толковому словарю Ожегова С. И., отзыв — мнение о ком-чем-нибудь, оценка кого-чего-нибудь.

В фрагменте «..операция «навоз»: навоз из свинарника грузишь в мешки из-под сахара и на себе несешь в жилую зону, время действия — от подъема до ужина» отсутствует не соответствующая действительности порочащая информация об истце. В судебном заседании представители истца не отрицали, что при наличии заявлений осужденных о работах по благоустройству учреждения и территории сверх установленного графика последние выполняли работы, перенося навоз на носилках, в подтверждение чего истцом представлены копии соответствующих заявлений ряда осужденных (т. 2 л. д. 53, 63, 70, 77, 84, 93, 101). В данном фрагменте не утверждается о чрезмерном весе такой ноши, а также о том, что в указанном режиме работы выполняют все осужденные.

В фрагменте «Установление садистского способа для женщин совершать гигиенические процедуры, отбывая в камере ШИЗО, только с помощью мыльницы и холодной воды. При этом в камерах отсутствуют бачки с питьевой водой и кружка. Администрация запрещает женщинам иметь в камере зубную щетку, пасту, мыло, полотенце, личную кружку. Присаживаться в камере на табуретку, пол или облокачиваться на стенку — грубое нарушение правил, установленных администрацией ИК-16 г. Краснотурьинска. Кто ослушался — физическое наказание или продление дополнительных суток в ШИЗО, где опять же нужно стоять по 16 часов. У женщин опухали ноги от длительного стояния, кто-то падал в обморок, но надзирателям было безразлично, ведь это были для них «животные», «теплотрасницы» — именно так называли некоторые сотрудники ИК-16 осужденных женщин» отсутствует не соответствующая действительности порочащая информация об истце в части фраз: «При этом в камерах отсутствуют бачки с питьевой водой и кружка. Администрация запрещает женщинам иметь в камере зубную щетку, пасту, мыло, полотенце, личную кружку». В судебном заседании представители истца не отрицали отсутствие непосредственно в камерах ШИЗО указанных предметов, в том числе в силу п. 152 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16.12.2016 №295, согласно которым осужденным запрещается брать с собой в ШИЗО имеющиеся у них продукты питания и личные вещи, за исключением двух полотенец установленного образца, алюминиевой кружки, мыла, зубной щетки, зубной пасты (зубного порошка), туалетной бумаги, средств личной гигиены, тапочек, письменных и почтовых принадлежностей, а также религиозной литературы (не более 1 экземпляра), предметов культа индивидуального пользования для нательного или карманного ношения. Индивидуальные средства гигиены, одноразовые бритвы и посуда для приема пищи (за исключением кружек) хранятся в специально отведенном месте и выдаются осужденным младшим инспектором по надзору за осужденными в ШИЗО только на определенное распорядком дня время.

В фрагменте «По итогам проведения общественного расследования правозащитники пришли к выводу, что в исправительном учреждении установлены, по существу, пыточные условия и другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращений и наказания», не содержится утверждения о фактах, а мнение правозащитников по приведенным в тексте фактам, в том числе неоспариваемым, о чем свидетельствует использование выражения «пришли к выводу», а также то, что в целом текст как в статье на сайте Ассоциации «Правовая основа», так на личной странице Соколова А. В. предваряет заголовок «Это не колония, это концлагерь для женщин!». Правозащитники дали оценку действиям администрации ИК-16». В Толковом словаре Ожегова С. И., вывод — это умозаключение; в Толковом словаре Ефремовой Т. Ф. вывод — логический итог рассуждения, исследования и т. п., заключение; мнение, оценка чего-либо, выражение отношения к чему-либо.

В фрагменте «…Только после звонка в ГУФСИН нам удалось встретиться с пятью женщинами, которые опять со слезами на глазах рассказывали о психологическом давлении со стороны заместителя начальника колонии Есаулкова» отсутствует несоответствующая действительности порочащая истца информация. Так, факт встречи правозащитников с рядом осужденных женщин истцом не оспаривается и порочащим не является; фактом в данном случае является то, что женщины со слезами рассказывали правозащитникам о психологическом давлении со стороны заместителя начальника колонии Есаулкова, такие рассказы также подтверждаются представленными ответчиком суду видеозаписями, однако в оспариваемой фразе и контексте отсутствует утверждение о том, что такое давление в действительности имело место.

Фрагмент «… Есаулков прямо с утра видимо когда получил заявление от начальника, заставлял заключенных-женщин отказываться от встречи. Пугал, ругал, обещал ШИЗО и строгие условия отбывания наказания…» в действительности приведен в тексте в следующем виде: «По мнению правозащитников Есаулков прямо с утра видимо когда получил заявление от начальника, заставлял заключенных-женщин отказываться от встречи. Пугал, ругал, обещал ШИЗО и строгие условия отбывания наказания, но женщины не испугались». При таких обстоятельствах оспариваемая фраза не является утверждением о фактах, а мнением, предположением правозащитников о чинении им администрацией препятствий к встрече с осужденными, о чем прямо свидетельствует использование выражений «по мнению правозащитников», «видимо».

Фрагмент «… Да и видно по некоторым сотрудникам ИУ, что их умственные способности и культура поведения оставляет желать лучшего» не содержит утверждения о факте, являясь мнением правозащитника Винс Л. В. (которое она не отрицала при допросе в судебном заседании в качестве свидетеля), которое не может быть проверено на соответствие действительности, в связи с чем не подлежит защите в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Фрагмент «… в ИК-16 больные женщины умирают от того, что им не оказывают помощь» в действительности приведен в тексте в следующем виде: «Печально, что большое количество общественных организаций получают гранты на тюремную медицину и защиту ВИЧ-инфицированных женщин, а в ИК-16 больные женщины умирают от того, что им не оказывают помощь». Ответчиками не представлено совокупности достаточных и достоверных доказательств того, что смерти осужденных, содержащихся в ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области, вызваны именно неоказанием им медицинской помощи, ссылка ответчиков при этом на рассказы осужденных, в том числе допрошенных в качестве свидетелей ряда бывших осужденных, о неоказании либо ненадлежащем оказании медицинской помощи ряду умерших осужденных такими доказательствами не являются. Между тем, из контекста оспариваемой фразы видно, что речь идет именно об оказании осужденным медицинской помощи, однако медицинская помощь в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, в том числе в ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области, в силуПорядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного Приказом Минюста России от 28.12.2017 №285, оказывается не исправительными учреждениями, а структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России (медицинскими частями (здравпунктами), больницами), а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС — в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения. В этой связи, по мнению суда, истцом не доказано, что приведенные сведения порочат деловую репутацию именно ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области.

Таким образом, в вышеприведенных фрагментах либо отсутствует информация об истце порочащего характера, либо отсутствуют утверждения о фактах, а приведено мнение правозащитников о деятельности ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области, что, как указано выше, не является предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следует иметь в виду публичный характер сферы деятельности истца, в результате которой он становится объектом общественной дискуссии и критики. При этом предел допустимой критики в отношении него шире, нежели в отношении иных лиц, что не исключает более пристальное внимание к осуществляемой им деятельности со стороны общественности.

Проанализировав содержание оспариваемых истцом публикаций, суд сопоставил смысловое содержание оспариваемых фрагментов с критериями, по которым определяется порочащий характер изложенных сведений и может наступить гражданско-правовая ответственность, и пришел к выводу о наличии порочащего истца содержания в части следующих фрагментов.

В фрагменте «Установление садистского способа для женщин совершать гигиенические процедуры, отбывая в камере ШИЗО, только с помощью мыльниц и холодной воды… Присаживаться в камере на табуретку, пол или облокачиваться на стенку — грубое нарушение правил, установленных администрацией ИК-16 г. Краснотурьинска. Кто ослушался — физическое наказания или продление дополнительных суток в ШИЗО, где опять же нужно стоять по 16 часов. У женщин опухали ноги от длительного стояния, кто-то падал в обморок, но надзирателям было безразлично, ведь это были для них «животные», «теплотрасницы» — именно так называли некоторые сотрудники ИК-16 осужденных женщин» приведены в форме утверждений сведения о том, что администрацией ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области не обеспечиваются осужденным соответствующие действующему законодательству условия содержания, нарушаются их права, в том числе на охрану здоровья, уважительное отношение. Так, ст. 21 Конституции Российской Федерации установлено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Из ст. 3 Конвенция о защите прав человека и основных свобод, согласно которой никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, следует, что условия содержания осужденных должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству; лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. В этой связи Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16.12.2016 №295, установлено, в частности, что осужденные имеют право: на вежливое обращение со стороны администрации ИУ; на охрану здоровья и личную безопасность; распоряжаться личным временем, предусмотренным распорядком дня, не нарушая при этом требований Правил (п. 13); Администрация ИУ обращается к осужденным, используя слово «Вы» или фамилию (п. 19). Оспоренное истцом содержание сформулировано не как повествование от имени осужденных, а как факты, установленные правозащитниками.

В фрагменте «Это не государственная колония для заключенных-женщин. Это частная лавочка людей, которые, прикрываясь погонами, творят произвол» также содержится утверждение о совершении сотрудниками ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области противоправных действий с использованием своего служебного положения, то есть преступления, предусмотренного ст. 286 Уголовного кодекса Российской Федерации (Превышение должностных полномочий). В толковом словаре русского языка Ожегова С. И. слово «произвол» означает «своеволие, самовластие».

В фрагментах «Про эту колонию и о пытках, организованных, некоторым сотрудниками ИУ, мы подробно рассказывали на пресс-конференции», «Отдельные формы пыток продолжают действовать в отношении заключенных-женщин, которые отбывают наказание в ИК-16 г. Краснотурьинск» в форме утверждения сообщается о том, что некоторыми сотрудниками в ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области организованы пытки. Доводы представителя ответчиков о том, что слово «пытка» употреблено в оспариваемых фразах как неоскорбительный литературный оборот, судом отклоняются, поскольку «пытка» — термин, который широко используется для классификации противоправного, преступного поведения. В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод («Запрещение пыток») никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Определение пытки можно найти не только в Словаре русского языка Ожегова С. И. (пытка — это физическое насилие, истязание при допросе), но и в примечании к ст. 117 Уголовного кодекса Российской Федерации (под пыткой понимается причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях). При употреблении слова «пытка» создается впечатление, что в данной колонии пытают осужденных, что дискредитирует деятельность исправительного учреждения уголовно-исполнительной системы.

В фрагментах «На двух женщин, после опубликования жалоб были составлены рапорта о, якобы, нарушенном ими ПВР ИУ», «Если ты не откажешься от своих жалоб на пытки, тогда мы напишем тебе отрицательную характеристику и ты не сможешь, после освобождения из зоны, забрать своих детей из детдома», — требование представителя ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области к заключенной-женщине, матери двоих детей» в форме утверждения сообщается о совершении должностными лицами исправительного учреждения преступлений, предусмотренных ст. 292 Уголовного кодекса Российской Федерации (Служебный подлог).

Таким образом, в вышеприведенных фразах содержатся утверждения о нарушении сотрудниками ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области действующего законодательства, совершении уголовно наказуемых деяний. Представленное стороной ответчика заключение специалиста М.Г.В. в основном также подтверждает наличие в оспариваемых фразах утверждений о фактах негативного характера (т. 2 л. д. 114-129). Так, данные фразы содержат указание на установление истцом в лице его некоторых сотрудников непредусмотренных нормативными правовыми актами правил содержания в ШИЗО, допущении произвола, пыток, внесение в рапорты заведомо ложных сведений, что создает у читателей об истце впечатление, как об учреждении, которое осуществляет деятельность по исполнению уголовных наказаний в виде лишения свободы с нарушением действующего законодательства, следовательно, подрывает авторитет учреждения в глазах общественности, других учреждений уголовно-исполнительной системы.

Все использованные в публикациях слова и выражения из оспариваемого содержания характеризуют незаконную деятельность против жизни и здоровья, против государственной власти и интересов государственной службы, осуждаемую государством и обществом. Ответчики, осуществляющие деятельность в области права, размещая публикации с использованием вышеприведенных слов и выражений, не могли не понимать их смысл и правила употребления с учетом придаваемого им в юриспруденции содержания.

Иной довод представителя ответчиков Качанова Р. Е. о наличии в данных оспариваемых фрагментах оценочных суждений, не подлежащих правовой защите посредством предъявленного иска, является неубедительным. В оспариваемых текстах отсутствуют так называемые маркеры мнения (по мнению, возможно, вероятно), не использованы предположительные конструкции. Наоборот, содержатся утверждения о том, что должностные лица колонии нарушают действующее законодательство, совершают преступления.

На основании исследования всех представленных в соответствии со ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, суд приходит к выводу о том, что сторона ответчиков не представила совокупности достаточных и достоверных доказательств соответствия того, что преступления и иные незаконные действия, в которых обвинены должностные лица колонии и сама колония, имели место как на момент осуществления публикаций, так и на момент постановления судебного решения. В отношении колонии отсутствовало принятое в установленном законом порядке постановление о признании ее деятельности противоправной, а в отношении должностных лиц колонии — постановление о возбуждении уголовного дела или приговор суда. Как представленные ответчиками видеозаписи речей осужденных женщин, так и показания допрошенных в качестве свидетелей бывших осужденных П.П.В.Р.Н.И.Г.Л.В.С.Н.В.Н.О.Е. сами по себе в отсутствие иных объективных подтверждений такими доказательствами не являются, при этом суд отмечает, что значительная часть приводимых осужденными и свидетелями примеров тех или иных действий (бездействий) сотрудников имела место задолго (год и более) до публикаций. Допрошенные в качестве свидетелей правозащитники Б.М.О. и Винс Л. В. свидетелями приведенных утверждений не являлись. Представленные ответчиком жалобы и ответы на них (т. 1 л. д. 129-141) оспариваемые факты не подтверждают. При этом постановлением старшего следователя следственного отдела по городу Краснотурьинск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области от 26.05.2019 по факту обращения исполнительного директора МОО «Межрегиональный центр прав человека» Соколова А. В. о системном нарушении прав заключенных-женщин, отбывающих наказание в ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по Свердловской области (о системе пыточных или унижающих достоинство видов обращения и наказания) в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных статьями 117, 285, 286, 293 УК РФ и иных смежных составов, отказано по основанию п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — за отсутствием события указанных преступлений (т. 1 л. д. 76-84).

То, что к должностным лицам, государственным и муниципальным органам, организациям с публичными функциями уровень допустимой критики имеет более широкие пределы, не означает возможность необоснованного утверждения о совершении ими противоправных действий (бездействия). Критика как мыслительный процесс определяется как выявление ошибок и их разбор (анализ), обсуждение чего-либо с целью выразить свою точку зрения. Соответственно, для критики характерна определенная доля конструктивности и направленность именно в отношении их должностных (публичных) обязанностей. Поэтому критику необходимо отделять от категоричных утверждений о нарушении такими лицами действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении, недобросовестности при осуществлении деятельности. Конструктивность критики заключается и в аргументированности, чего оспариваемые сведения лишены.

Поскольку факт распространения сведений является доказанным, указанные сведения не соответствуют действительности, и доказательств обратного не представлено, являются порочащими, следовательно, подлежат удалению и опровержению тем же способом, то есть размещением на интернет-сайте www.pravo-ural.ru, на личной странице Соколова А. В. в социальной сети Facebook на том же месте, в том же стиле оформления текста путем опубликования полного текста принятого по данному делу судебного решения.

В силу ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина — в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, взысканию с Ассоциации «Правовая основа» в доход местного бюджета подлежит государственная пошлина в размере 12 000 рублей, с Соколова А. В. в доход местного бюджета — государственная пошлина в размере 1 200 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 13, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» к Ассоциации «Содействие в правовой защите населения «Правовая основа», Соколову А. В. о защите деловой репутации удовлетворить частично.

Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» сведения, опубликованные на сайте www.pravo-ural.ru 01.03.2019 в статье под названием «Это не колония, это концлагерь для женщин!» Правозащитники дали оценку действиям администрации ИК-16»:

«Установление садистского способа для женщин совершать гигиенические процедуры, отбывая в камере ШИЗО, только с помощью мыльниц и холодной воды… Присаживаться в камере на табуретку, пол или облокачиваться на стенку — грубое нарушение правил, установленных администрацией ИК-16 г. Краснотурьинска. Кто ослушался — физическое наказания или продление дополнительных суток в ШИЗО, где опять же нужно стоять по 16 часов. У женщин опухали ноги от длительного стояния, кто-то падал в обморок, но надзирателям было безразлично, ведь это были для них «животные», «теплотрасницы» — именно так называли некоторые сотрудники ИК-16 осужденных женщин», —

и обязать Ассоциацию «Содействие в правовой защите населения «Правовая основа» в течение пяти дней со дня вступления решения суда в законную силу удалить указанные сведения и разместить их опровержение на интернет-сайте www.pravo-ural.ru на том же месте, в том же стиле оформления текста путем опубликования полного текста принятого по данному делу судебного решения.

Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» сведения, опубликованные на сайте www.pravo-ural.ru 21.03.2019 в статье под названием «Это не государственная колония для заключенных-женщин. Это частная лавочка людей, которые, прикрываясь погонами, творят произвол»:

«Это не государственная колония для заключенных-женщин. Это частная лавочка людей, которые, прикрываясь погонами, творят произвол»,

«Про эту колонию и о пытках, организованных, некоторым сотрудниками ИУ, мы подробно рассказывали на пресс-конференции»,

«На двух женщин, после опубликования жалоб были составлены рапорта о, якобы, нарушенном ими ПВР ИУ», —

и обязать Ассоциацию «Содействие в правовой защите населения «Правовая основа» в течение пяти дней со дня вступления решения суда в законную силу удалить указанные сведения и разместить их опровержение на интернет-сайте www.pravo-ural.ru на том же месте, в том же стиле оформления текста путем опубликования полного текста принятого по данному делу судебного решения.

Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» сведения, опубликованные 28.02.2019 на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54:

«Установление садистского способа для женщин совершать гигиенические процедуры, отбывая в камере ШИЗО, только с помощью мыльниц и холодной воды… Присаживаться в камере на табуретку, пол или облокачиваться на стенку — грубое нарушение правил, установленных администрацией ИК-16 г. Краснотурьинска. Кто ослушался — физическое наказания или продление дополнительных суток в ШИЗО, где опять же нужно стоять по 16 часов. У женщин опухали ноги от длительного стояния, кто-то падал в обморок, но надзирателям было безразлично, ведь это были для них «животные», «теплотрасницы» — именно так называли некоторые сотрудники ИК-16 осужденных женщин», —

и обязать Соколова А. В. в течение пяти дней со дня вступления решения суда в законную силу удалить указанные сведения и разместить их опровержение на личной странице в социальной сети Facebook на том же месте, в том же стиле оформления текста путем опубликования полного текста принятого по данному делу судебного решения.

Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» сведения, опубликованные 20.03.2019 на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54:

«Это не государственная колония для заключенных-женщин. Это частная лавочка людей, которые, прикрываясь погонами, творят произвол»,

«Про эту колонию и о пытках, организованных, некоторым сотрудниками ИУ, мы подробно рассказывали на пресс-конференции»,

«На двух женщин, после опубликования жалоб были составлены рапорта о, якобы, нарушенном ими ПВР ИУ», —

и обязать Соколова А. В. в течение пяти дней со дня вступления решения суда в законную силу удалить указанные сведения и разместить их опровержение на личной странице в социальной сети Facebook на том же месте, в том же стиле оформления текста путем опубликования полного текста принятого по данному делу судебного решения.

Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» сведения, опубликованные 28.03.2019 на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54:

«Если ты не откажешься от своих жалоб на пытки, тогда мы напишем тебе отрицательную характеристику и ты не сможешь, после освобождения из зоны, забрать своих детей из детдома», — требование представителя ФКУ ИК-16 ГУФСИН России по свердловской области к заключенной-женщине, матери двоих детей», —

и обязать Соколова А. В. в течение пяти дней со дня вступления решения суда в законную силу удалить указанные сведения и разместить их опровержение на личной странице в социальной сети Facebook на том же месте, в том же стиле оформления текста путем опубликования полного текста принятого по данному делу судебного решения.

Признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №16 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» сведения, опубликованные 29.03.2019 на личной странице Соколова А. В. https://www.facebook.com/aleksey.sokolov.54:

«Отдельные формы пыток продолжают действовать в отношении заключенных-женщин, которые отбывают наказание в ИК-16 г. Краснотурьинск», —

и обязать Соколова А. В. в течение пяти дней со дня вступления решения суда в законную силу удалить указанные сведения и разместить их опровержение на личной странице в социальной сети Facebook на том же месте, в том же стиле оформления текста путем опубликования полного текста принятого по данному делу судебного решения.

Взыскать с Ассоциации «Содействие в правовой защите населения «Правовая основа» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 12 000 рублей.

Взыскать с Соколова А. В. в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 200 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Председательствующий

Мотивированное решение изготовлено 05.08.2019.

Судья

 

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Вот письменный коммент по ИК-16


    1.​ ​ Во время тренировок тренировки по вводным при ЧО: «Пожар» в различных зданиях и помещениях​ колонии отрабатываются. Материальное имущество выносят не только осужденные, но и сотрудники, которые находятся на объектах, согласно Инструкции по действиям при пожаре.​

    2.​ ​ ​ ​ Согласно требованиям ст.106 УИК РФ осужденные привлекаются к работам по благоустройству учреждения и прилегающей к нему территории не более 2 часов в неделю, согласно графика и очередности.​ ​ Навоз переносили в носилках,​ попарно, ​ не более 7 кг на человека (согласно установленных норм) для удобрения почвы под овощи, которые заготавливаются и употребляются осужденными.

    3.​ ​ ​ ​ Телефонные звонки предоставляются операторами связи: «Зона-телеком» и «Родная связь», таксофоны расположены в каждом отряде, по 3 аппарата.​ Согласно требований приказа​ МЮ РФ от 16.12.2016 №295 «Реализация права на телефонные разговоры осуществляется, как правило, в нерабочее время, в помещениях, оснащенных абонентскими устройствами с технической возможностью обеспечения контроля проводимых переговоров». Сбои в телефонной связи происходят по вине операторов. Осужденные в телефонных разговорах «до 4 месяцев» не ограничивались.

    4.​ ​ Согласно приказа МЮ РФ от 16.12.2016 №295, «осужденным, водворенным в ШИЗО, индивидуальные средства гигиены и посуда для приема пищи​ выдаются младшим инспектором по надзору за осужденными в ШИЗО только на определенное распорядком дня время». Помывка осужденных осуществляется 2 раза в неделю,​ покамерно, в специально оборудованной​ душевой.​ Гигиенические процедуры проводятся в зонах приватности, расположенных в каждой камере. Медицинскими работниками ежедневно осуществляются покамерные обходы с осмотром осужденных, о чем делается запись в журнале, хранящемся в штрафном изоляторе. Жалоб на ухудшение здоровья за время нахождения в ШИЗО от осужденных не поступало. Случаев наложения взысканий в виде «продления дополнительных суток в ШИЗО» в учреждении не зафиксировано.

  2. Комментарий

    Для предотвращения недостоверной информации сообщаем


    1.​ ​ Во время тренировок тренировки по вводным при ЧО: «Пожар» в различных зданиях и помещениях​ колонии отрабатываются. Материальное имущество выносят не только осужденные, но и сотрудники, которые находятся на объектах, согласно Инструкции по действиям при пожаре.​

    2.​ ​ ​ ​ Согласно требованиям ст.106 УИК РФ осужденные привлекаются к работам по благоустройству учреждения и прилегающей к нему территории не более 2 часов в неделю, согласно графика и очередности.​ ​ Навоз переносили в носилках,​ попарно, ​ не более 7 кг на человека (согласно установленных норм) для удобрения почвы под овощи, которые заготавливаются и употребляются осужденными.

    3.​ ​ ​ ​ Телефонные звонки предоставляются операторами связи: «Зона-телеком» и «Родная связь», таксофоны расположены в каждом отряде, по 3 аппарата.​ Согласно требований приказа​ МЮ РФ от 16.12.2016 №295 «Реализация права на телефонные разговоры осуществляется, как правило, в нерабочее время, в помещениях, оснащенных абонентскими устройствами с технической возможностью обеспечения контроля проводимых переговоров». Сбои в телефонной связи происходят по вине операторов. Осужденные в телефонных разговорах «до 4 месяцев» не ограничивались.

    4.​ ​ Согласно приказа МЮ РФ от 16.12.2016 №295, «осужденным, водворенным в ШИЗО, индивидуальные средства гигиены и посуда для приема пищи​ выдаются младшим инспектором по надзору за осужденными в ШИЗО только на определенное распорядком дня время». Помывка осужденных осуществляется 2 раза в неделю,​ покамерно, в специально оборудованной​ душевой.​ Гигиенические процедуры проводятся в зонах приватности, расположенных в каждой камере. Медицинскими работниками ежедневно осуществляются покамерные обходы с осмотром осужденных, о чем делается запись в журнале, хранящемся в штрафном изоляторе. Жалоб на ухудшение здоровья за время нахождения в ШИЗО от осужденных не поступало. Случаев наложения взысканий в виде «продления дополнительных суток в ШИЗО» в учреждении не зафиксировано.

Добавить комментарий для Александр Левченко Отменить ответ

Please enter your comment!
Please enter your name here